Я - кавайная няка!

Глава 7
На следующее утро Грифа разбудил яркий солнечный свет. Он тихо лежал, постепенно понимая, что находится в кровати один, потом медленно сел, моргнув от боли в плече.
Принимая во внимание произошедшее, он не очень удивился, что Сариана ушла.
В качестве брачной ночи прошлый вечер весьма походил на полную катастрофу. Жених с начала и до конца был неуклюж и, как только главное действо закончилось, тут же отключился. Невеста, несомненно, мучилась от боли, к которой оказалась совершенно неподготовлена. И естественно, она не получила никакого удовольствия от своего первого опыта. Вдобавок ко всему Гриф подозревал, что Сариана так и не поняла, что вышла замуж. Он был слишком одурманен обезболивающим, чтобы объяснить ей Пакт Первого Поколения.
Он прошел в комнату, в которой располагались огромная ванна с бортиками на уровне пола, раковина и прочие удобства. Этим утром некоторые из них ему были весьма необходимы.
Ванна в апартаментах Грифа была спроектирована так, чтобы походить на грот, украшенный своим собственным водопадом и коллекцией ярко-зеленых растений. Чтобы включить водопад, он повернул кран в виде головки птички и ступил под струю горячей воды. В доме Авилинов благодаря газовым нагревателям, расположенным глубоко в подвалах, горячая вода была доступна в любое время.
Стоя там и разглядывая искусственную скалистую стену перед собой, Гриф пытался решить, как лучше всего подойти к Сариане. Нелегкое решение. В конце концов, о женщинах он многого не знал. Как и ни один мужчина. А тот факт, что вот эта конкретная женщина была из восточных провинций, все запутывал еще сильней.
Она прожила в Серендипити год, но, очевидно, еще не узнала всех местных традиций и законов. Знай их, она бы осталась в постели Грифа. Любая западная женщина поняла бы полное значение того, что случилось.
Гриф столкнулся с задачей по утру объяснить произошедшее Сариане. Он выключил душ и потянулся за толстым полотенцем. Он не ждал от предстоящей встречи ничего хорошего. Что-то говорило ему, что его невеста не обрадуется, узнав о своем статусе. Он полностью провалил задание по ухаживанию за супругой. Гриф проклинал обезболивающее лекарство и свое собственное нетерпение.
Но ничего не оставалось, кроме как двигаться вперед и закончить дело. Он отбросил полотенце и вернулся в комнату, чтобы одеться.
Он продел это очень аккуратно, натянув чистую рубашку, брюки, отглаженные одной из служанок, и свою лучшую куртку. После чего провел несколько минут, начищая ботинки.
Закончив, он критически оглядел свое отражение в позолоченном зеркале. Он выглядел достаточно опрятным и чистым, но это и все, что можно было сказать о нем. Ничто не могло заставить выглядеть его привлекательным по городским стандартам. Трудно превратить воина в модника.
Гриф отвернулся от зеркала, сжав рот в решительную линию. Все это начала Сариана, понимает она это или нет. Ей и расхлебывать последствия. Гриф только лишь хотел еще капельку времени, чтобы уговорить ее смириться с ситуацией.
Гриф встал, вспомнив, что случилось ранее ночью в грязном переулке. Из-за этих событий он не мог предоставить Сариане вообще ни минуты. Все изменилось. Сейчас возникли намного более опасные проблемы, нежели жена, которая еще не поняла, что она – жена.
Гриф покинул апартаменты и направился к комнате Сарианы. Не было смысла откладывать неизбежное. Что касается его, то чем скорее он закончит, тем лучше. Он – защитник, единственный сын благородной семьи, выросший на границе, мужчина, натренированный на охоту на других людей, но, в конце концов, всего лишь человек. Когда дело касалось женщины, он также легко сбивался с толку и осторожничал, как и всякий другой.
Он остановился возле двери и дернул за шнурок, заставив нежно прозвенеть колокольчики в комнате. Ожидая ответа, Гриф бросил взгляд вниз и заметил, что пропустил небольшую полоску на мыске. Он быстро потер носок о штанину. Дверь открылась, едва он проверил, что стер пятно.
Гриф резко вздернул голову, все его чувства, несмотря на предстоящие трудности, встрепенулись в предвкушении.
Пару секунд он просто разглядывал девушку. Она нерешительно улыбнулась ему. Утренний свет, льющийся сзади, окрашивал золотом ее гладко зачесанные каштановые волосы. Ее глаза тоже стали почти золотыми, а их выражение было женственным, таинственным, стыдливым и вопросительным. Темно-желтый костюм плотно облегал ее, подчеркивая осиную талию и горделивый изгиб нежной груди. В глаза Грифу бросилась вспышка темно-красного. Алоног собственнически вцепился в свое место на плече Сарианы и немигающим взглядом оценивал Грифа.
Гриф обнаружил, что и сам слегка улыбается, глядя на ящерицу. После чего встретился взглядом с Сарианой, и осознание момента с полной силой ударило его. Это его половина, защитница, изумленно подумал он. Он сделал это. Он нашел женщину, с которой смог соединиться. Столь ненадежному будущему его клана был предоставлен еще один шанс на выживание. Он сделал первый значительный шаг по пути выполнения своей первейшей обязанности по отношению к клану и в то же самое время нашел себе истинную супругу.
Гриф страстно желал криком выплеснуть триумфальную радость, пока элегантные коридоры дома Авилинов не зазвенят от новостей о том, что произошло между ним и Сарианой. Он хотел отвезти свою леди-защитницу в дом клана и выставить ее напоказ перед родителями и друзьями.
Но больше всего он хотел сбить Сариану с ног, отнести ее в спальню и уложить на качающуюся кровать. В этот раз он хотел заняться с ней любовью должным образом. Он хотел смотреть на то, как она отвечает ему, слушать ее крики удовольствия и удовлетворения, видеть, как в ее колдовских глазах отражается огонь полного понимания их отношений.
Вместо этого, Гриф склонил голову в официальном приветствии и произнес:
- Желаю тебе счастливого дня, Сариана.
Она вернула вежливое пожелание, а ее нервная улыбка стала намного более уверенной.
- Удачи и тебе, Гриф. Я подумала, что, возможно, ты захочешь поспать утром подольше. Как твое плечо?
Он криво ухмыльнулся, воспоминания о ночи вспыхнули в его голове.
- Ты будешь счастлива услышать, что оно чувствует себя лучше, чем прошлой ночью.
Улыбка Сарианы чуть-чуть угасла, и Гриф заметил, как память отразилась в ее глазах.
- Я рада. Это должно быть довольно… довольно неудобно для тебя.
- Ты в точности знаешь, как это было неудобно для меня, правда, Сариана? – Гриф внимательно смотрел на нее, размышляя, насколько она поддастся воспоминаниям. Он сделал глубокий вдох и приготовился приносить извинения. Он определенно задолжал ей парочку. – И я знаю, как некоторые фрагменты прошедшей ночи были неприятны для тебя. – Добавил он быстро. – Вдобавок к твоим собственным ощущениям, тебя бомбардировали чувства, захватившие меня. Я искренне сожалею о той боли, которую ты испытала.
- Я не уверена, что хочу разговаривать об этом, Гриф. Я подумала и решила, что некоторым вещам лучше остаться без обсуждения. К тому времени, как ты появился, я выпила несколько стаканов пунша и, боюсь, могла слегка опьянеть, когда ты…
Он прервал ее, намереваясь завершить свое официальное извинение.
- Я не совсем полностью владел собой, как следовало бы. Мое единственное оправдание – это, как я говорил тебе, такая связь, какую мы разделили, незнакома как тебе, так и мне. Я не понимал, насколько ты захвачена моими ощущениями. Никто и никогда не предупреждал меня, что единение будет таким сильным. Я не был готов к нему сам, поэтому не сумел подготовить и тебя. Если тебя это беспокоит, то могу обещать, что в следующий раз ни один из нас не будет так потрясен. Наши чувства быстро придут в порядок и станут созвучными. Мы научимся отсеивать неудобство связи и вместо этого сосредотачиваться на, хм, более приятных аспектах… - Почувствовав, что у него иссякли слова, Гриф слегка покраснел. Ради своей жизни он не смог бы сказать, о чем думала Сариана.
Она смотрела на него с непонятным выражением лица. Он задумался, как она по-прежнему могла остаться загадкой для него, несмотря на то, что они вместе пережили прошлой ночью. И тут он вспомнил, как однажды отец сказал ему, что тайну женщины, даже супруги – защитницы, никогда нельзя разгадать полностью. Гриф в агонии неопределенности ждал, пока Сариана признает узы, выкованные между ними. А пойми она, он объяснит ей ее новое положение.
- Прошлая ночь была удивительным опытом для нас обоих, правда? - Сариана выглядела изумительно спокойной. Она рассеянно коснулась алонога, примостившегося на ее плече. Язычок твари взметнулся и быстро коснулся ее ладони. Сариана опустила руку и подарила Грифу слишком уж яркую улыбку. – Думаю, мы оба немного потеряли самообладание. Ты, явно, чересчур сильно отреагировал на лекарство, данное врачом, а я – на пунш Авилинов. Я все еще не привыкла к затейливым зельям, которые вы, западники, создаете на основе алкоголя. На востоке мы верны вину и пиву. Уж теперь-то я буду знать, что любой пунш, подаваемый на местных вечеринках, непременно должен быть достаточно крепким. Но я рада слышать, что сегодня утром ты чувствуешь себя лучше. Как и я.
Гриф, растеряв все слова, в изумлении смотрел на нее. Он-то готовился оскорбленным обвинениям, массе вопросов и доброй толики смятения со стороны Сарианы. В конце концов, объяснить требовалось многое. Единственным, чего он не ожидал, было полное отрицание всего пережитого. Он с запозданием вспомнил, что эта леди за словом в карман не лезла.
- Сариана, - в конце концов, тихо позвал он, - бессмысленно отрицать то, что случилось прошлой ночью. Ты не находилась под влиянием слишком большого количества выпитого пунша, а я полностью понимал, что делаю, даже если и был слегка одурманен обезболивающим, - его рот слегка скривился. – Уж тебе-то лучше всех должно быть известно, что анестетики не действуют на мне как следует.
Пальцы Сарианы сжались на дверной ручке.
- Почему бы нам ни встретиться в моем офисе после завтрака, Гриф? Нам нужно многое обсудить. Я хочу получить полный отчет о том, что случилось прошлой ночью, когда ты ушел на встречу со своим осведомителем. Тогда мы сможем составить план для следующего шага в вопросе возвращения призмореза.
- Не думай, что сможешь укрыться за стеной из слов и деловой беседы, - пробормотал он. – Слушай, Сариана, я не хочу откладывать это до завтрака. Я считаю, что мы должны обсудить все сейчас. Ты должна понять пару вещей.
Она быстро кивнула.
- Да, я знаю. У меня есть целый список с вопросами.
Гриф слегка расслабился.
- Думаю, можешь начинать.
- Сначала я хочу услышать каждую деталь прошедшей встречи с твоим осведомителем. Я хочу знать, что в точности произошло, чтобы мы могли составить планы. Я все еще считаю, что мы могли бы вызвать городскую стражу. Но мы должны придумать способ защитить репутацию Авилинов. Если ты продолжишь выполнение задания, то мы должны состряпать новое объяснение твоему присутствию в доме. Утром мне пришло в голову несколько мыслей и, как мне представляется, пара из них может сработать.
Гриф разглядывал ее, понимая, что не сделал ни единого шага вперед. Сариана решила игнорировать все пережитое. Он едва мог поверить в это. Он шагнул в дверной проем, заставив девушку сделать шаг назад. Алоног проследил за ним со своего насеста на плече Сарианы и оскалил крошечные зубки. Гриф не обратил на ящерицу никакого внимания, сосредоточившись на Сариане.
- Ты, кажется, не понимаешь, что происходит, - со всем возможным терпением начал он. – Я понимаю, что ты смущена. Я готов все тебе объяснить. Но только то, что происходит между тобой и мной. В настоящий момент я ни коим образом не интересуюсь заботами Авилинов.
Улыбка Сарианы исчезла.
- Мне жаль слышать такое, Гриф, поскольку нанимали тебя исключительно с целью привлечения к их проблемам. Ты хочешь сказать, что предложенных мною денег тебе недостаточно?
- Каких денег? – взорвался он. – Пока что я не получил от тебя ни единой монетки. Забудь о деньгах, для обсуждения у нас есть более важные вопросы. А вот времени для этого – нет.
Она с вызовом задрала подбородок.
- Ты куда-то собрался?
- Мы собираемся. Ты и я. С этого момента, Сариана, мы большинство вещей делаем вместе.
Сариана выпрямилась во весь рост, что вознесло ее примерно на уровень плеча Грифа.
- Я и не знала, что ты такой собственник, - заявила она. - Просто потому что мы, хм, сошлись на одну ночь, совсем не значит, что у тебя есть на меня какие-то права.
- Нет на тебя прав?! Ты потеряла разум, леди?
- Вы, западники, все одинаковые, - пристально посмотрела на него Сариана. – Вспыльчивые и эмоциональные. Если ты собираешься настаивать на том, чтобы устроить бурную сцену по поводу наших отношений, то я предпочла бы сделать это позднее и в своем офисе. После чего мы бы проанализировали, что ты обнаружил прошлой ночью.
- Держу пари, что ты предпочитаешь провести наш разговор в своем офисе, где сможешь спрятаться за черным каменным столом и разразиться лекциями об эмоциональной природе жителей запада. Но будь я проклят, если позволю тебе на этом успокоиться, - Гриф сделал паузу, чтобы обуздать собственный нрав. Терпение, напомнил он себе. Сейчас время именно для него. Гриф имел дело с волевой, гордой женщиной, которая прошла сквозь весьма необычное испытание. Ее первый сексуальный опыт с мужчиной оказался непохожим ни на что, что она, возможно, ожидала. Она только лишь пыталась справиться с тем, что должно казаться ей совершенно чужим. – Сариана, я хочу объяснить тебе пару вещей.
- Таких, как?
- Таких, как законы этой земли, - мягко укорил он. – Ты живешь у Авилинов несколько месяцев. Разве никто не упоминал при тебе о Пакте Первого Поколения?
- Нет. И у меня на самом деле сейчас нет времени для урока истории. Как нет и желания слушать какие-то легенды. Я отправляюсь завтракать.
Она обошла его, выйдя в коридор, и закрыла за собой дверь. Алоног, сидящий на ее плече, снова обнажил зубы в оскале, по мнению Грифа, весьма заносчивом для ящерицы. Это было отношение животного, которое явно приручено своим новым владельцем.
Сариана поспешно двинулась по коридору, подол ее платья путался вокруг лодыжек. Гриф следил за ней, упиваясь наклоном гордо вздернутой головки, прямой линией грациозно очерченной спины и деловитым покачиванием бедер.
Ему пришло в голову, что его новобрачная обладает полной мерой как гордости, так и храбрости. Она очень сильно старалась делать вид, что ничего необычного не произошло, но под всей этой восхитительно высокомерной позой скрывалась девушка, пытавшаяся совладать с весьма тревожащей смесью эмоций.
Очевидно, она придумала, как справиться с возникшей проблемой. Она просто собиралась притвориться, что ничего не произошло. Гриф обожал ее силу духа, даже пока был вынужден укрощать свой собственный нрав.
Автоматически он прикоснулся к застежке на оружейной сумке, вспоминая страсть, боль и нерушимые узы, выкованные прошлой ночью. После чего вспомнил о Бринтоне, погибшем в узком переулке, просто потому, что какой-то защитник захотел получить призморез. У Грифа не было выбора. Времени на ухаживание не оставалось. Он не мог позволить себе ожидания ради удобства своей нервничающей невесты. Если она думает, что сможет расспросить его позднее в своем офисе и обсудить их отношения в каком-то неопределенном будущем, ее ждет сюрприз.
Он пытался сделать это тихо и наедине, но она отказалась его выслушать. Она, как всегда, стремилась сделать все по-своему. И с этой целью она решила использовать свою главную линию обороны, бойкий язычок. Отсутствие у нее страха перед ним было почти забавным. Она все еще не представляла, как снисходителен он был. Она все еще не знала, что по закону прошлой ночью решилась ее судьба.
Гриф не любил уязвимость и неразрешенные ситуации. В его природе было встречаться с проблемами лицом к лицу и улаживать их.
Возможно, самым простым, быстрым и надежным способом совладать со сложившимся положением, было силой заставить Сариану увидеть реальность.

Сариана скользнула в утреннюю столовую и поняла, как сильно опоздала, когда увидела, что все Авилины уже собрались за завтраком. Пять серебристо-белокурых голов повернулись к ней, пять пар темных глаз отметили грозное выражение лица у мужчины, широкими шагами вошедшего в комнату вслед за ней.
- Удачного вам всем дня, - со всей жизнерадостностью, на которую была способна, объявила Сариана. Никто в комнате не мог представить, каких усилий это потребовало. Ее при обычных обстоятельствах сильный самоконтроль пошатнулся. Она больше не доверяла ни своим эмоциям, ни чувствам. В тот момент, когда она открыла дверь и обнаружила Грифа с другой стороны, Сариана обнаружила, что жизнь внезапно стала весьма рискованной.
Единственным плюсом, который она смогла отыскать в сложившейся ситуации, было то, что за последние дни она начала привыкать к непредсказуемости своей жизни. С момента, когда она узнала о неудачном поступлении в академию, ничто не шло просто и гладко. Единственное, что она могла делать, это полагаться на самоконтроль. Временами казалось, что он был всем, что ей оставалось.
Авилины вернули подобающие приветствия, после чего разразились неудержимой болтовней, обсуждая успех своего ежегодного бала.
- Все прошло просто великолепно, - с огромным удовольствием пропела леди Авилин. – Я только что объясняла Джассо, как мы были правы, что не стали скупиться. Теперь ни одна душа не подозревает, что у нас возникла пара незначительных финансовых проблем.
Лорд Джассо удовлетворенно кивнул головой.
- Именно так. Ты была права, моя дорогая. Я уверен, что все были более чем под впечатлением.
- Ну а я, например, великолепно провела время, - провозгласила Мара, метнув быстрый взгляд на лицо Грифа, словно желая убедиться, что он отметил ее реплику. Сариана понимала, что девушка слегка обижена отсутствием у мужчины интереса к знакомству с ее друзьями и приятелями. Сариана так же подозревала, что Мара испытывает более чем глубокое любопытство по отношению к защитнику.
- Ты всегда замечательно проводишь время, когда танцуешь каждый танец, - поддразнил Брайер сестру.
- Я не видела, чтобы и ты сидел в стороне, - с удовлетворенной улыбкой заметила любящая мать. – Ты сделал круг с каждой юной леди в зале.
Брайер ухмыльнулся.
- А чего ты ожидала? Я всего лишь исполнял свои обязанности хозяина.
- А я не понимаю, что такого хорошего в танцах, - громко заявил Лури. – По моему, просто трата времени.
Желтоглазый крелкот, постоянный компаньон Лури, согласно мяукнул и устроил свое пушистое извилистое тельце в более удобной позе на руке мальчика. Маленькое создание с тайным интересом поглядывало на Счастливчика, пока, очевидно, не решило, что охоту за завтраком вряд ли одобрят. И кот снова вернулся в сонное состояние.
- Погоди еще пару лет, Лури, и ты изменишь свое мнение, - объявил его брат.
Лури только открыл рот для ответа, как его внимание привлекла ящерица на плече Сарианы.
- Ой! Так тебе действительно понравился алоног, Сариана? Я знал, что так и будет, как только ты познакомишься с ним поближе. Я же говорил, что из них получаются замечательные домашние зверушки.
- Кажется, Счастливчик прижился у меня, - объяснила Сариана, проверяя содержимое сервировочных тарелок. – Сейчас я чувствую вину, что запирала его в клетке. Бедняжка всегда выглядел таким несчастным, когда я оставляла его одного. – Она налила себе чай, положила маффин и вежливо проигнорировала Грифа, сидящего напротив нее.
- А ты хорошо провела время, Сариана? – поинтересовалась Мара. – Я видела тебя в начале вечера, но потом потеряла из виду.
- Вы знаете, что я привыкла удаляться на отдых раньше остальных, - ответила Сариана. С аккуратной сдержанностью она сделала глоток чая, краем глаза отмечая, как Гриф накладывает себе огромные порции каждого блюда.
- Сариана! – Леди Авилин бросила на нее сердитый взгляд. – Не хочешь ли ты сказать мне, что отправилась в постель раньше полуночи? А как же твой друг, Ишен Раккен? Он искал тебя, чтобы снова пригласить танцевать.
- Сомневаюсь, что Раккен понял, что упустил, - со знающей ухмылкой заметил Джассо. – К тому времени как бал закончился, банкир был пьян, как птичка кенши на полянке дурман-ягоды
- Так получилось, что прошлой ночью мне пришлось заниматься делами, - объяснила Сариана. – Делами, которые, я думаю, мы должны обсудить прямо после завтрака. Если вы будете так добры, что зайдете в мой кабинет после того, как закончите здесь, я буду вам очень обязана.
- Дела, - повторила со стоном Мара. – Да кто захочет беседовать о делах с утра? Я хочу обсуждать бал.
Лорд одарил свою управляющую пронизывающим взглядом.
- Это касается резака?
Гриф ответил до того, как Сариана смогла произнести хоть слово.
- Призморез стал делом защитников.
Все, включая Сариану, ни в малейшей степени не представлявшую, о чем он говорит, обратили на него внимание. Очевидно, его слова что-то значили для Авилинов. Они выглядели явно напуганными.
- Дело защитников? – воскликнул Джассо. – Но как? Почему? Я не понимаю. Резак всегда принадлежал Авилинам. Наша семья владела им с тех пор, как нам был продан первый кристалл.
- Успокойтесь, лорд Авилин, продолжил Гриф. – Когда резак будет найден, он вернется в вашу семью. Сейчас я имею в виду, что делом защитников является только поиск его месторасположения. Я буду разыскивать его по своим причинам, а когда обнаружу, то передам вам. Просто хочу прояснить, чтобы не было больше никаких вопросов о моей работе на кого-то другого.
Джассо был ошеломлен.
- Вы собираетесь искать его бесплатно? – в конце концов, выдавил он.
Гриф бросил взгляд на Сариану, после чего вновь вернулся к своей еде.
- Позвольте просто сказать, что мой гонорар был выплачен сполна.
Сариана внезапно поняла, что все в комнате за исключением Грифа пристально смотрят на нее. Она напряженно выпрямилась на стуле и в замешательстве взглянула в ответ.
- Что? – в конце концов, недовольно поинтересовалась она.
- Ничего, - отозвался Гриф. – Ешь свою еду. Ты хотела собрание в своем кабинете после завтрака? Хорошо, у тебя будет твое собрание.
Сариана ощетинилась.
- Нет нужды говорить со мной в таком тоне! По какой-то невразумительной причине ты решил, что больше не работаешь на Авилинов, но…
- Я никогда не работал на Авилинов, помнишь? Я работал на тебя. И ты хорошо мне заплатила.
Взгляды Грифа и ее столкнулись над столом, и Сариана поняла, что краснеет. Она внезапно осознала, к каким заключениям после этой сценки должны прийти Авилины. Гриф практически объявил каждому, кто отметил ее отсутствие на балу, что прошлой ночью она оплачивала его гонорар. Смысл был понятен. Вспышка темперамента заставила ее вскочить.
- Если вы извините меня, - сквозь зубы выдавила Сариана, - я пойду работать. Когда вы закончите, пожалуйста, присоединяйтесь ко мне в офисе.
Она была уже на полпути к дверям, сосредоточив все свое внимание на бегстве, как ударилась обо что-то носком домашней туфельки. Автоматически взглянув вниз, она увидела, что помеха на полу – оружейная сумка Грифа.
- Кажется, ты что-то уронил, Гриф, - холодно заметила она, наклоняясь и поднимая оброненную вещь.
- Благодарю тебя, - с неожиданной нежностью отозвался он. Он остался на месте и подарил ей заискивающую улыбку. – Я рад, что ты нашла ее. Я и не заметил, как она слетела с ремня.
- В это трудно поверить, - резко возразила она, вспомнив, как он резко очнулся той ночью, когда она отстегнула оружейную сумку у него с пояса. – Ну, тогда тебе лучше забрать кошель. Я определенно не желаю отвечать за него.
Гриф протянул руку, но болезненно моргнул и снова опустил.
- Ох, твое плечо! Я почти забыла. – Сариану затопили угрызения совести, когда она живо вспомнила, как сильно болела его рука. Чтобы он ни говорил, но сейчас, когда действие легкой анестезии закончилось, ему было намного больнее. – С тобой все в порядке? Ты не должен так напрягаться. Ты должен отдыхать.
- А что случилось с его плечом? – с огромным интересом спросил Лури.
- Ничего, что не зажило бы со временем, - объяснил Гриф. Его взгляд остановился на Сариане. – Если бы ты принесла сумку ко мне, я был бы тебе очень обязан.
- Конечно. – Она подошла к нему, чувствуя пальцами прохладную призму-застежку. Прошлой ночью замок горел в ее ладони, или, по крайней мере, так ей представлялось. Организация бала определенно оказала странный эффект на ее органы чувств. Все казалось неправдоподобно ярким. Удивительно, как минувшая ночь смогла сыграть на женских чувствах. Она молча протянула сумку Грифу.
- Ты не откроешь ее для меня, Сариана? - тихо спросил он.
Тишина в комнате стала почти невыносимой. Сариане показалось, что Авилины примерзли к своим стульям. Их внимание полностью сосредоточилось на разыгрывающейся перед ними сценке. Фактически, казалось, что они загипнотизированы происходящим.
Сариана посмотрела на оружейную сумку у себя в руках и нахмурилась.
- Открыть ее? Но зачем?
- Мне кое-что нужно внутри, и я был бы очень обязан, если бы ты открыла сумку для меня, - попросил Гриф, все еще говоря неестественно мягким голосом.
- А ты не можешь открыть?
- Мое плечо, - оправдывающимся тоном заметил он. – Кажется, что боль отдается в руку.
- Может быть, ты должен принять другое лекарство? – быстро предложила Сариана. – За ночь в рану могла попасть инфекция. А лихорадка? Она прошла?
- Шшш, Сариана. Клянусь, со мной будет все в порядке. Тем не менее, если бы ты просто открыла сумку, я был бы благодарен тебе больше, чем смог бы выразить.
Она взглянула на замок.
- Я не знаю, как открыть его.
- Просто коснись его, Сариана. Коснись, как делала прошлой ночью и подумай о том, что он открыт.
Сариану внезапно охватило неистовое желание сделать так, как он просил. Ее разбирало любопытство по отношению к этому странному мешочку с той самой ночи, когда она впервые сняла его с бессознательного тела. Сейчас ей выпал шанс увидеть содержимое. Фактически, ее даже пригласили. И она не могла больше ждать.
Она с энтузиазмом принялась исследовать замок, ощупывая таинственный механизм, после чего подняла глаза.
- Я не понимаю, как он работает, Гриф.
- Я рассказал тебе, как он работает. Просто коснись и подумай, как сумка открывается.
Он произносил какие-то слова, поняла Сариана, но нежный низкий голос, казалось, доносится из какого-то места в ее голове точно так же, как это происходило прошлой ночью. Она подумала, а не страдает ли до сих пор от остаточного эффекта пережитого
- Открой ее, Сариана.
Сариана инстинктивно повиновалась. Она прикоснулась к замку и вообразила, что оружейная сумка открыта.
В тот же момент застежка расстегнулась. Девушка всмотрелась в темные недра кошеля, пытаясь разглядеть содержимое. Но еще до того, как она смогла что-то разобрать, Гриф протянул раненую руку и забрал у нее сумку.
- Мои благодарности, леди Защитница, - объявил он.
Сариана нахмурилась и хотела было поинтересоваться, почему он ее так назвал, но шанс на это у нее так и не представился. Все пятеро Авилинов так же, как и двое слуг, вошедших в комнату, чтобы снова наполнить чайники, вскочили на ноги, переговариваясь и восклицая одновременно.
- Сариана, - звучно провозгласила леди Авилин, ухитрившись перекричать остальные голоса в комнате, - почему ты мне не сказала, моя дорогая? Прошлой ночью, когда мы беседовали, ты намекала, что рассчитываешь только на краткий роман. Ты ничего не говорила о браке. Я бы точно запомнила, если бы о нем упоминалось.
Сариана резко обернулась, раскрыв рот от удивления.
- Брак? О чем вы говорите, леди Авилин?
- Ты открыла его оружейную сумку, - благоговейным тоном прошептала Мара. – Ты открыла оружейную сумку защитника. Он избрал тебя своей невестой.
Лури запрыгал от возбуждения.
- Он сказал мне, что только его истинная супруга может открыть сумку. А ты сделала это, Сариана! Ты и в правду сделала это!
- И кто бы мог подумать, что наша маленькая управляющая окажется подходящей невестой для защитника? – ухмыльнулся Брайер.
Лорд Авилин взмахнул рукой, призывая к тишине, после чего очень официально склонил голову перед Сарианой.
- От лица своего клана передаю вам наши наилучшие пожелания и поздравления.
- Ради Светового шторма, - заявил Брайер, - вот так сюрприз. Погоди, твои земляки услышат об этом! А, Сариана? Держу пари, они будут в шоке. Они ведь даже не знают о защитниках, да?
- А что в мешке? – с жаром потребовал ответа Лури. – Ты сумела разглядеть, что внутри? Я всегда хотел посмотреть в оружейную сумку защитника.
Сариана вернула потрясенный взгляд к Грифу. Он молча потягивал чай. Его взгляд встретился над краем чашки с ее, но он ничего не сказал. Ей оставалось только пристально вглядываться в лица Авилинов.
- Вы все сошли с ума? Что это за чепуха насчет брака?
Брови Джассо сошлись вместе.
- Ты должна знать, что по закону, установленному Пактом Первого Поколения, ты позволила этому защитнику объявить себя его невестой.
- Ничего я не знаю! – Сариана услышала, как ее голос поднялся до визга, и неистовым усилием воли взяла его под контроль. Она никогда не визжала. – О чем вы говорите?
Леди Авилин нерешительно взглянула на нее, после чего задумчиво прищурила глаза.
- Пакт был заключен между социальными классами первопоселенцев с «Серендипити» и защитниками. Защитникам даровалось право поиска супруги в любом классе, в каком они только пожелают. Но он не может взять тебя силой, Сариана. В Пакте четко оговаривается, что женщина должна решиться добровольно. Гриф изнасиловал тебя прошлой ночью?
Красивая чайная чашечка хрустнула и рассыпалась на куски в пальцах Грифа. Он не двинулся, но взгляд внезапно стал угрожающим.
- Ради Светового шторма, я ни в чем не нарушил условия Пакта! Я - защитник. Это по определению означает, что я подчиняюсь законам, которые устанавливают мои супружеские права. Спросите ее.
- Спросите меня о чем? – ощущая странную панику, пискнула Сариана. – Пожалуйста, кто-нибудь объясните мне, что происходит?
Лорд Авилин повернулся к девушке.
- Сариана, ты должна сказать мне правду. Ты добровольно отдалась этому мужчине?
Сариана помертвела.
- Как вы смеете спрашивать о таких вещах публично! Да хотя бы и наедине! Я знаю, что вы, западники, намного более либеральны в подобного рода вопросах, нежели остальные из нас, с востока. Но, без сомнения, и у вас должно быть какое-то уважение к личной жизни женщины.
Лорд Джассо только отмахнулся.
- Нет времени для ложной скромности, Сариана. Ты живешь в моем доме, и поэтому находишься под моей защитой. – Он метнул вызывающий взгляд на Грифа, который тот проигнорировал. – Но если закон не был нарушен, я должен признать, что ты и в самом деле замужем за защитником. Ты по доброй воле пошла с ним прошлой ночью, или он принудил тебя силой?
Сариане хотелось закричать. Она чувствовала себя так, словно оказалась в ловушке кошмара. Она перевела взгляд с обеспокоенного лица Джассо на безжалостное – Грифа.
- Ответь ему, Сариана. Но смотри, отвечай честно, - тихо произнес Гриф. – Потому, что если ты солжешь, я силой вытяну из тебя правду. Поверь мне, я смогу это сделать.
Сариана сделала шаг назад.
- Вы все сошли с ума. Я ничего не понимаю.
Леди Авилин взглянула на нее с жалостью.
- Просто скажи нам правду, Сариана. Это очень важно.
- Он не насиловал меня, если вы хотите знать именно это. – Сариана прижала руку к горлу, задумавшись, а не теряет ли она голос: он звучал так тихо. – Но я не соглашалась выходить за него замуж.
Лорд Авилин беспомощно покачал головой.
- Ты так и не поняла, Сариана? Ты уже замужем за ним. Ты доказала это пару минут назад, открыв его оружейную сумку. Каждый знает, что только истинная супруга защитника может открыть оружейный кошель своего лорда. Для остальных замок из призмы заперт. Защитник передает секрет своей жене в их брачную ночь. Когда на следующее утро она открывает сумку перед свидетелями, это является доказательством их уз. По закону, установленному Пактом, вы женаты.
- Нет, - запротестовала Сариана, чувствуя, как вокруг нее сжимаются стены. – Этот Пакт, что бы он ни гласил, является западным законом. Понимаете? А я уроженка востока.
Лорд Авилин с грустью посмотрел на нее.
- Мне жаль, моя дорогая. Но пока ты живешь здесь, ты подчиняешься нашим законам и традициям. Ты это знаешь.
Сариана резко развернулась и выбежала из комнаты, словно все ужасы западных границ преследовали ее по пятам.

@темы: Потерянные колонии, Джейн Энн Кренц, Аманда Квик, Аманда Гласс, Shield's Lady, Jane Ann Krentz, переводы